Ну и конечно, именно в тот день, когда я надеялся спать как можно дольше, некто начал сверлить аккуратно в 9 часов утра. И сверлит уже третий час.
Всё прекрасно.
Ну, вот, решительно всё.
Спасибо за внимание.
среда, 23 июля 2008 г.
и звёзды от нас...
А ещё я время от времени пялился в небо, пока гулял.
И всё время в голове крутилась строчка из стихов Миши Дыхне:
«и звёзды от нас далеко охуенно».
Я даже не хочу приводить весь текст этого хорошего, в общем, стихотворения. Меня завораживает (что нечасто бывает) именно эта строчка, сама по себе, вне конекста даже. Уж не знаю почему, но — факт.
А что до мишиных стихов, вот ещё одно, очень мною любимое:
Я дышать научился в младенчестве
Папа с мамою здесь ни при чем
Шлепок по попе в роддоме
Настроил меня на правильный лад
Бурная радость родителей
До сих пор отдается во мне
Радостным возбуждением
По любому поводу и без
Никто из наставников
Почему-то
Не учил меня считать вдохи
И выдохи
Или может я просто
Плохо слушал?
И всё время в голове крутилась строчка из стихов Миши Дыхне:
«и звёзды от нас далеко охуенно».
Я даже не хочу приводить весь текст этого хорошего, в общем, стихотворения. Меня завораживает (что нечасто бывает) именно эта строчка, сама по себе, вне конекста даже. Уж не знаю почему, но — факт.
А что до мишиных стихов, вот ещё одно, очень мною любимое:
Я дышать научился в младенчестве
Папа с мамою здесь ни при чем
Шлепок по попе в роддоме
Настроил меня на правильный лад
Бурная радость родителей
До сих пор отдается во мне
Радостным возбуждением
По любому поводу и без
Никто из наставников
Почему-то
Не учил меня считать вдохи
И выдохи
Или может я просто
Плохо слушал?
разрозненное, после прогулки
В начале – текстик, который написался после того, как я часа два шлялся по Измайлову.
Выйти из дома,
Когда уж стемнеет,
Попозже –
Прохлада,
Редкие машины,
Немногочисленные прохожие.
Из подъезда, шаг, другой, третий.
Глубоко вдохнуть.
Четвёртый, пятый, шестой.
Может быть, закурить.
И дальше – читать не надо,
Этих шагов будет много.
Гулять по дворам,
Где уже совсем никого,
Только иногда
Наткнёшься на целующуюся парочку
Или навстречу, из полумрака,
Выйдет деловой походкой
Задержавшийся на работе клерк
И – мимо, не сбавляя шага –
Надо домой,
Завтра вставать на работу.
И в одном из этих дворов
Обязательно найти качели,
Сесть на них,
Чуть раскачаться
И замереть.
Не важно, о чём думать,
Чего хотеть,
Говорить ли,
Молчать,
Плакать или улыбаться.
Просто, слегка раскачиваться на качелях
И разглядывать всё вокруг.
В какой-то момент начинает казаться,
Что вот так, летней ночью,
Сидеть на качелях в малознакомом дворе –
Это самое правильное
И, наверное, самое важное,
Что можно сделать.
* * *
Между Седьмой и Девятой парковыми есть безымянный проулок, странный для этого района – с одной стороны тянуться глухие заборы, а с другой – сплошные казенные здания, тоже за заборами, но решётчатыми. Сегодня, когда я шёл по нему, всю дорогу был отчётливо слышен звук – короткие гудки, как в телефоне. Откуда он шёл – непонятно, причём, пока я шёл, он не удалялся и не приближался, по крайней мере, мне так показалось. Вышел из проулка – звук исчез.
* * *
Всё Измайлово обклеено объявлениями о том, что завтра будет «конфискат в театре Мимики и жеста». Ну что ж, пусть так, раз надо.
* * *
Одно время меня раздражала манера вешать мощные фонари на стены домов, чтобы двор был хорошо освещён. Сейчас я обнаруживаю, что мне это даже нравится – выйти в такой двор из темноты, оглядеться, и потом обратно, в сумрак, куда-нибудь в малозаметный проход между домами. Самое приятное, наверное – это как раз уход в темноту, в которой, оказывается, может быть так уютно.
* * *
У меня с детства и до сих пор есть манера перед сном рассказывать себе всякие истории-сказки. Едва ли они имеют какой-то интерес для других, но меня они довольно хорошо убаюкивают. Можно сказать, что это я так мечтаю – речь идёт, конечно, о всяких сокровенных (тайных или не очень) желаниях. О чём я сейчас себе рассказываю истории не скажу, но, вот, когда-то давно, ещё в конце школы, я, помню, активно использовал сюжет про то, как у меня вдруг появилcя дом в Измайлове. Тогда никаких намёков на осуществление этого желания не было. И после не было. А потом вдруг появилась квартира в Измайлове, хоть и не совсем там, где я себе представлял когда-то, но это вовсе не принципиально. Так что мечта, можно сказать, сбылась. И я сильно рад этому, не устаю повторять.
Выйти из дома,
Когда уж стемнеет,
Попозже –
Прохлада,
Редкие машины,
Немногочисленные прохожие.
Из подъезда, шаг, другой, третий.
Глубоко вдохнуть.
Четвёртый, пятый, шестой.
Может быть, закурить.
И дальше – читать не надо,
Этих шагов будет много.
Гулять по дворам,
Где уже совсем никого,
Только иногда
Наткнёшься на целующуюся парочку
Или навстречу, из полумрака,
Выйдет деловой походкой
Задержавшийся на работе клерк
И – мимо, не сбавляя шага –
Надо домой,
Завтра вставать на работу.
И в одном из этих дворов
Обязательно найти качели,
Сесть на них,
Чуть раскачаться
И замереть.
Не важно, о чём думать,
Чего хотеть,
Говорить ли,
Молчать,
Плакать или улыбаться.
Просто, слегка раскачиваться на качелях
И разглядывать всё вокруг.
В какой-то момент начинает казаться,
Что вот так, летней ночью,
Сидеть на качелях в малознакомом дворе –
Это самое правильное
И, наверное, самое важное,
Что можно сделать.
* * *
Между Седьмой и Девятой парковыми есть безымянный проулок, странный для этого района – с одной стороны тянуться глухие заборы, а с другой – сплошные казенные здания, тоже за заборами, но решётчатыми. Сегодня, когда я шёл по нему, всю дорогу был отчётливо слышен звук – короткие гудки, как в телефоне. Откуда он шёл – непонятно, причём, пока я шёл, он не удалялся и не приближался, по крайней мере, мне так показалось. Вышел из проулка – звук исчез.
* * *
Всё Измайлово обклеено объявлениями о том, что завтра будет «конфискат в театре Мимики и жеста». Ну что ж, пусть так, раз надо.
* * *
Одно время меня раздражала манера вешать мощные фонари на стены домов, чтобы двор был хорошо освещён. Сейчас я обнаруживаю, что мне это даже нравится – выйти в такой двор из темноты, оглядеться, и потом обратно, в сумрак, куда-нибудь в малозаметный проход между домами. Самое приятное, наверное – это как раз уход в темноту, в которой, оказывается, может быть так уютно.
* * *
У меня с детства и до сих пор есть манера перед сном рассказывать себе всякие истории-сказки. Едва ли они имеют какой-то интерес для других, но меня они довольно хорошо убаюкивают. Можно сказать, что это я так мечтаю – речь идёт, конечно, о всяких сокровенных (тайных или не очень) желаниях. О чём я сейчас себе рассказываю истории не скажу, но, вот, когда-то давно, ещё в конце школы, я, помню, активно использовал сюжет про то, как у меня вдруг появилcя дом в Измайлове. Тогда никаких намёков на осуществление этого желания не было. И после не было. А потом вдруг появилась квартира в Измайлове, хоть и не совсем там, где я себе представлял когда-то, но это вовсе не принципиально. Так что мечта, можно сказать, сбылась. И я сильно рад этому, не устаю повторять.
среда, 16 июля 2008 г.
«Убить свою мать» Калугина - очень хорошая песня, хочу я сказать.
Вот, нашёл смешной клип:
А ещё попутно обнаружилась запись концерта Калугина с Арефьевой в ЦДХ, почти десятилетней давности:
Я там был, точно помню. Даже на диктофон концерт записывал, где-то до сих пор кассета должна валяться. Арефьева тогда была вполне переносима и даже местами симпатична. Сейчас я на неё смотреть могу с трудом. Хотя чёрт знает, может это ретроспективная аберрация, сейчас, например, это исполнение кажется так себе, а тогда воспринималась мною на ура.
Ну, ладно, вот ещё с того же концерта запись, эта мне и сейчас нравится, пожалуй:
Вот, нашёл смешной клип:
А ещё попутно обнаружилась запись концерта Калугина с Арефьевой в ЦДХ, почти десятилетней давности:
Я там был, точно помню. Даже на диктофон концерт записывал, где-то до сих пор кассета должна валяться. Арефьева тогда была вполне переносима и даже местами симпатична. Сейчас я на неё смотреть могу с трудом. Хотя чёрт знает, может это ретроспективная аберрация, сейчас, например, это исполнение кажется так себе, а тогда воспринималась мною на ура.
Ну, ладно, вот ещё с того же концерта запись, эта мне и сейчас нравится, пожалуй:
идиотский дайджест
Вылез в ЖэЖэ и хренею.
Лебедев в больнице, ранен в ногу. Лукьяненко закрыл свой журнал. Катя Гордон (кто такая?) — дура, но круче Ксюши Собчак. За размещение текста из профайла одного пользователя в журнале другого пользователя закрывают журнал — нарушение копирайта. Поэты привычно срутся. А может, Лебедев сам себе ногу прострелил? А может, Лукьяненко не выдержит и всё равно будет писать своб пафосную чушь? А может, Гордон — не дура? А может, Abuse Team права? Про поэтов — никаких «может» в голову не приходит.
И так далее, и тому подобное. Больше писать лень, в общем-то, а так список можно продолжить.
«Блогосфера» становится всё более замечательной средой. А квинэссенция этой замечательности - ЖЖ, конечно.
Лебедев в больнице, ранен в ногу. Лукьяненко закрыл свой журнал. Катя Гордон (кто такая?) — дура, но круче Ксюши Собчак. За размещение текста из профайла одного пользователя в журнале другого пользователя закрывают журнал — нарушение копирайта. Поэты привычно срутся. А может, Лебедев сам себе ногу прострелил? А может, Лукьяненко не выдержит и всё равно будет писать своб пафосную чушь? А может, Гордон — не дура? А может, Abuse Team права? Про поэтов — никаких «может» в голову не приходит.
И так далее, и тому подобное. Больше писать лень, в общем-то, а так список можно продолжить.
«Блогосфера» становится всё более замечательной средой. А квинэссенция этой замечательности - ЖЖ, конечно.
поездил
Катался по ночному Измайлову.
В первый раз за два года довольно активного катания на велосипеде по городу Москва напоролся на стаю азартно настроенных собак. Благополучно удрал, адреналина получил достаточно — их было порядочное количество и настроены они были весьма бодро.
А потом, когда уже отошёл от гонки, размышлял о том, что я сейчас, похоже, ищу какой-то новый язык для понимания/описания/взаимодействия с миром. Отсюда, в частности, и то, о чём я писал вчера, наверное, — непонимание стихов и неспособность толком ничего писать. Надо как-то несколько по-другому учиться говорить. Ну, не то, чтобы надо, но можно. И это интересно, вообще говоря. Посмотрю, что получится.
В первый раз за два года довольно активного катания на велосипеде по городу Москва напоролся на стаю азартно настроенных собак. Благополучно удрал, адреналина получил достаточно — их было порядочное количество и настроены они были весьма бодро.
А потом, когда уже отошёл от гонки, размышлял о том, что я сейчас, похоже, ищу какой-то новый язык для понимания/описания/взаимодействия с миром. Отсюда, в частности, и то, о чём я писал вчера, наверное, — непонимание стихов и неспособность толком ничего писать. Надо как-то несколько по-другому учиться говорить. Ну, не то, чтобы надо, но можно. И это интересно, вообще говоря. Посмотрю, что получится.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)